Лауреат Букеровской премии 2018 о чтении на ходу, преградах для творчества и о реальности как об антиутопии

Photograph: Nils Jorgensen/Rex/Shutterstock

Анна Бернс стала первой писательницей из Северной Ирландии, которая получила Букеровскую премию. Премия ей досталась за свой третий роман Milkman («Молочник»). Лишь четыре года назад Бернс не могла писать из-за сильной боли в спине и глубокой бедности. Издательства неоднократно отказывали ей в публикации произведений. Но судьба все же сложилась к лучшему. О своих эмоциях писательница рассказала в интервью британскому изданию The Guardian. Мы же перевели для вас самые интересные моменты.

Я думала о своем прошлом, сидя после вручения премии в гостиничном номере. Вспоминаю 2014: этот ужасный боль, постоянные размышления о том, удастся таки дописать «Молочника». А потом раз - и победитель Букера. Такие крайности. Чувствую себя удивительно, как во сне. Это все на самом деле произошло?

Боль до сих пор преследует ее. Это интервью The Guardian она едва проводит. 

Я до сих пор не могу регулярно писать. И давайте сегодня об этом не будем. Так приятно, что наконец смогу рассчитаться с долгами; это действительно огромный подарок.

В романе «Молочник» угадывается Белфаст Смутного времени семидесятых годов, хотя конкретно времени и места событий не названы. 

Мне нравится думать, что мой роман может рассказывать о каком-либо тоталитарное закрытое общество, существующее в таких удручающих условиях, как и Белфаст времен Смуты. Это вымышленная история об обществе, живущем под значительным давлением и в котором жестокость считается нормой.

Читатели Бернс, которые не так много знают об истории Ирландии, сравнивают книги автора с антиутопические произведениями, вроде «Оповіді служниці» Маргарет Этвуд. Такое подавленное футуристическое ощущение создается еще и, в частности, за счет того, что в книгах автора почти нет имен или названий. 

Но те, кто знает, что именно является источником ее историй, постоянно задаются вопросом, почему писательница не расширяет тематику произведений. 

Меня спрашивают: Ты что, до сих пор пишешь об Ирландии? Да оставь уже эту тему, пиши о другом. И вот я думаю, как же мне это сделать. Смута была настолько огромным, весомым периодом моей жизни и жизни других людей, что об этом просто невозможно не писать. Почему я должна находить оправдания, чтобы вспоминать ее?

У Анны Бернс есть также интересная привычка, которая роднит ее с одной героиней романа «Молочник»: читать во время ходьбы. 

В магазине, в кафе или в пабе ко мне часто подходили со словами: О, это ты та девушка, которая читает на ходу. А я не понимала: это что, что-то уж такое, что надо комментировать? Поэтому хотелось написать о том, почему же люди так реагируют. В романе героиня спрашивает свою подругу, почему ходить по улице со взрывчаткой нормально, а вот с книгой — нет. И в ответ: взрывчатка является чем-то привычным и более ожидаемым

В детстве и юности чтение всегда помогало Бернс справляться с нестабильной общественно-политической ситуацией, а затем она открыла для себя и радости письма. 

В моей семье много читали, но это занятие было чем-то интимным. Спросить у кого-то, что он читает, приравнивалось чуть ли не к обиде... Чтение было моим способом справиться с реальностью, я не хотела знать, что происходит. И не одна я. Многие не хотели. Однажды во время поездки с подругой в Лондон на распродаже я нашла блокнот за 1 фунт и купила просто потому, что он был красив. Я держала его у кровати на всякий случай. И вот однажды я проснулась и записала туда свой сон. Затем в тот же день записала еще что-то. Впоследствии так стали заканчиваться блокнот за блокнотом.

В планах у Анны наконец вылечиться и дописать книгу, которую начала еще до «Молочника». По словам Анны, она уже чувствует жажду того, чтобы за нее взяться. 

(Visited 341 times, 1 visits today)
Yakaboo
Yakaboo
Найбільша online-книгарня України. Любимо книжки понад усе:)