Старые сказки в новых одеждах. Мир пересказов и ретейлингов

Желание рассказать известную историю заново, вероятно, существует почти столько же, сколько и само желание рассказать историю. Пока одни рассказчики добросовестно пересказывали тексты слово в слово, другие расцвечивали их яркими деталями и неожиданными поворотами. От античных драматургов к классикам постмодернизма — поколения и поколения писателей обеими руками черпали из сокровищницы известных сюжетов, доводя: нет такого «общего», что не может стать своим.


Переводы, перепевы, ретелингы, оммаж, римейки — художественно-литературные произведения, в основе которых лежит неоригинальный сюжет или мир, уже созданный кем-то ранее, — совсем не обязательно «плагиатом» или слабыми младшими братьями и сестрами плодов чьего-то гения. Рыцарские романы заглядывали в артурианский легендариум, Шекспир и его современники непринужденно занимали фабулу у коллег, и уважительное отношение одного из праотцов украинской литературы к творчеству Вергилия заметно невооруженным глазом. «Пересказывали, пересказываем и будем пересказывать», — как бы говорят нам создатели. И иногда кажется, что чем дальше — тем громче.

Популярность переводов, или же ретейлингов, в современной литературе на протяжении последних десятилетий поражает. Одни авторы смело экспериментируют с новыми, неприсущими для их привычного творчества, жанрами, другие — восстанавливают «историческую справедливость». Есть такие, которые хотят сделать сказку более реалистичной, но иногда писателям хочется превратить реальность в сказку. Фэнтезийная литература полнится многочисленными пересказами сказок; известные писатели подают тексты в состав антологий-трибьютов творчества одного из классиков — будь то Лавкрафт или Брэдбери; уважаемые авторы-лауреаты престижных премий соглашаются на предложения издательств принять участие в спецпроекте: рассказать по-своему некий миф, или же шекспировскую пьесу, или осовременить один из романов Джейн Остен. Можно грустно вздохнуть: «Ничего нового!», — но среди этого осовремененного старого тоже много интересного.


С давних времен


Можно предположить, что горячее желание рассказать по-новому давно знакомую сказку — родом откуда-то из детства. А можно сделать так, чтобы волк оставил в покое трех поросят, не посягая на соломенный домик? А можно, чтобы Рапунцель сбежала из башни сама? А можно, чтобы Ивасик-Телесик договорился с ведьмами и организовал первую украинскую школу волшебства? Можно. Можно все, но сначала об этом надо написать.

1

Современные сказочные ретейлинги приобретают различной формы. Есть писатели и писательницы, которые обращаются к древнему сюжету, не внося в него принципиальных изменений. Такие произведения тщательно восстанавливают фабулу оригинального рассказа, а привлекают в основном какими-то необычными подробностями или углубленными характерами героев. Путем минимального пересказа, например, пошла американо-британская писательница Робин МакКинли, когда написала свою «Красавицу» («Beauty») — пересказ «Красавицы и Чудовища». Интересно, но как прошло почти двадцать лет, автор снова вернулась к этому сюжету и создала «Розовую дочь» («Rose Daughter»), что также не далеко ушла от первоисточника, но все же имеет несколько иные акценты. Среди других более или менее преданных первичном варианту повестей и романов можно, например, назвать «Принцессу полуночного бала» («Princess of the Midnight Ball») Джессики Дэй Джордж, которая напоминает о «12 танцующих принцессах».

2

Другие автора с радостью принимают сказочный сюжет за основу, или существенно переписывая его, или «переселяясь» в мир иной. В рассказе «Дева и веретено» Нила Геймана (входит в сборник «Осторожно, триггеры!») спасать девушку, которая заснула в башне, решает… другая девушка. В «Кончике веретена» ( «Spindle’s End») Робин МакКинли хорошая, хотя и не очень умела фея скрывает потенциальную спящую красавицу от проклятия. В «Шестизарядной Белоснежке» ( «Six Gun Snow White») Кэтрин Валенте от мачехи спасается дочь индейской красавицы — и спасается на Диком Западе, разумеется. А вот еще одна американская писательница — Марисса Мейер — заселила хорошо знакомыми сказочными сюжетами необычный киберпанковский мир, в котором Луна готова воевать против Земли, Золушка является девушкой-киборгом («Cinder»), Рапунцель — хакеркой («Cress»), а бабушка Красной шапочки — настоящей боевой летчицей («Scarlet»).

3

Ретейлинги позволяют вывести на первый план эпизодических сказочных персонажей, уделить внимание тем особенностям сюжета, на которые никто раньше не обращал внимание, или… именно так, восстановить справедливость. Вы уверены, что Белоснежка на самом деле не монстр? Нил Гейман считает, что злая королева-мачеха имела свои резоны, и озвучивает их в рассказе «Снег, зеркало, яблоко» (сборник «Дым и зеркала» — «Smoke and Mirrors»). Или в том, что дружба Белоснежки с гномами была невинной? Анджей Сапковский предупреждает: Ведьмак Геральту еще предстоит решить эту проблему (новелла «Меньшее зло» из сборника «Последнее желание»). Не говоря уже о том, что король, который каждую ночь убивал следующую невесту, пока его не остановила Шахерезада, может быть не маньяком, а эффективным государственным менеджером — Рене Ахдие настаивает («Ярость и рассвет» — «The Wrath and the Dawn»). Читайте современные сказки, из них можно узнать много нового!


Волей богов


Хотя в современной фэнтезийной и фантастической литературе сказочные ретейлинги изобилуют пышным цветом, писатели также не забывают о других давних мотивах. Мифы и легенды — это почти сказки, по крайней мере, с ними можно обходиться в такой же способ — рассказать по-другому, перенести действие в другой мир, написать свое — но иначе.

4

Для одних авторов мифологический сюжет является указателем, которого они ревностно соблюдают… до определенного предела. Джоанн Гаррис провозгласила «Евангелие от Локи» («The Gospel of Loki»), герой которой утверждает, что «на самом деле» все было не так. Маргарет Этвуд написала «Пенелопиаду» («Penelopaid»), в которой предложила посмотреть на события «Одиссеи» глазами верной жены хитроумного царя-путешественника. Мэри Стюарт показала, как Артура мог сделать королем мечтатель Мерлин, сила чьих чар была немного преувеличенной («Хрустальная пещера» — «The Crystal Cave» и дальнейшие книги цикла). Мэрион Циммер Брэдли же сделала главными героинями своей артурианы антагонисток по классической версии во главе с колдуньей Морганой (цикл «Туманы Авалона» — «The Mists of Avalon»). И все эти версии заслуживают внимания.

5

Но мифологические мотивы могут работать не только в привычном для них мире — им есть место и в якобы нашей реальности. Еще немного осталось ждать масштабную экранизацию «Американских богов» («American Gods») Нила Геймана, где современные США рискуют стать полем последней битвы между старыми богами и новыми. А еще его же «Сыновья Ананси» ( «Anansi Boys»), которые сосредотачиваются вокруг проблем наследника трикстера-паучка… В длинном цикле о Перси Джексоне Рик Риордан заставляет героев столкнуться с гневом многих олимпийцев. Филлис Каст создала серию книг, в которых наши современницы обмениваются телами с богинями — и не только греческими. Далия Трускиновская опубликовала роман, где современной женщине суждено спасти Диармайда («Диармайд»), а известная по «замковой» трилогии Диана Уинн Джонс написала «Болиголов в огне», где английская школьница должна снять чары со своего Там Лина («Fire and Hemlock»). Для героев этих книг мир легенд становится ближе, чем они ожидали. И для читателей — тоже.


Классики и современники


От чужого желания переписать все, что не убежало, не застрахованы и классики. Именно их произведения чаще всего подлежат преданию — особенно, если современные нормы авторского права не отрицают. Речь может идти о полном пересказе, осовремененном сюжете или о производных произведениях (копирайт во многих странах позволяет их создавать), где у классиков занимают сравнительно скромно — чтобы хватило на пародию или на основание для фабулы. А иногда — и на своеобразный мир.

6

Литературным «реваншизмом» писатели играют давно, и некоторые из этих текстов успели стать классикой. Частично — малоизвестной, например, не все вспомнят, что создатель «Ярмарки суеты» Вильям Теккерей написал сиквел к «Айвенго» («Ребекка и Ровена» — «Rebecca and Rowena»). Другие произведения уверенно вошли в литературный канон, как это, к примеру, произошло с «Широким Саргассовым морем» Джин Рис, в котором рассказывается о непростом первом браке мистера Рочестера с «Джейн Эйр» ( «Wide Sargasso Sea»).

7

Немало заемных мотивов и в современной литературе — как реалистической, так и фантастической. Шести писателям предложили переписать шесть романов Джейн Остен «под современность» — и теперь The Austen Project включает в себя четыре романа, написанные, в том числе и известными детективщики Вел МакДермит («Northanger Abbey») и Александром Маккол Смитом ( «Emma»). И вообще пересказами романов известной англичанки — прямыми и очень адаптированными — полнятся полки с современной романтической литературой. И не только ее романов, например, среди произведений американки Элис Гоффман является «Здесь, на Земле» («Here, on Earth»), ненавязчиво напоминающий о событиях «Грозового перевала». Вариаций на тему Шекспира гораздо больше. В одних случаях речь идет о солидных издательских проектах, где спеть по-новому предлагают живым классикам нашего времени (Этвуд, Энн Тайлер, Дженет Уинтерсон), а в других — критики находят следы шекспировских мотивов в подростковых бестселлерах. В частности «Мы были лжецами» Эмили Локхарт иногда считается ретейлингом сразу «Ромео и Джульетты» и «Короля Лира», и при желании признаки сходства действительно можно найти.

8

И в случаях с нереалистичной литературой может выйти гораздо интереснее. Мастер пародий, Терри Пратчетт в отдельных книгах из цикла о Плоском Мире щедро отдал дань классике — «Вещие сестрички» («Wyrd Sisters») добавляют неистовства счастливой семьи различных интерпретаций «Макбета», а тот самый «Маскарад» ( «Maskerade») заставляет новым глазом посмотреть на события «Призрака оперы» Гастона Леру. Но общеизвестные источники можно использовать как строительный материал по-разному. Валлийский писатель Джаспер Ффорде создал цикл романов, где героиня получила способность «проваливаться» в книги и подрабатывает там своего рода литературной полицейской (первая книга «Дело Джейн Эйр» — «The Eyre Affair»). Икона мэшап-литературы Сет Грэм-Смит заставил сестер Беннет воевать с восставшими мертвецами, и Голливуд не смог пройти мимо такого обновления сюжета («Гордость и предубеждение и зомби» — «Pride and Prejudice and Zombies»). Марисса Мейер заинтересовалась лицом Червовой Королевы из «Алисы в Стране Чудес» и недавно издала свою «Бессердечную» ( «Heartless»)… Истории рассказывают снова и снова, и то, что кто-то их раньше уже рассказал, не мешает. Ретейлинги активно пишут и не менее активно читают. Ведь возвращаться к знакомому миру, вспоминать знакомый сюжет, заново знакомиться с известными персонажами иногда бывает удивительно приятно.

Читать: Хочу читать фантастику! 30 книг для знакомства с жанром

Читать: Бинго продолжается! Задания для флешмоба #YakabooBingoSpring


Ксения Сокульская, блог Vaenn’s

(Visited 1 085 times, 1 visits today)