Лагеря и унижения: история польских офицеров на «нечеловеческой земле»

Кажется, о Второй мировой прочитала немало книг, а все равно находятся все новые и новые, которые воспроизводят еще какие-то эпизоды и обстоятельства, открывают до сих пор неизвестны клочки истории, закрашивают «белые пятна». Книга воспоминаний Юзефа Чапского «На нелюдські землі» касается поляков и дает представления о том, что было до, после и кроме Катыни в польско-советских отношениях. Ведь эти отношения насчитывают еще много страниц убийств, страданий, мытарств и отобранной надежды.


Офицер, писатель и художник


Поляк с немецкими корнями, сын губернатора Минска, выпускник юридического факультета Санкт-Петербургского университета Юзеф Чацкий прошел две мировые войны. Первую закончил с орденом «За боевые заслуги». Перед Второй – изучал искусство в Варшаве, Кракове и Париже. После – работал вместе с Ежи Гедройцем над изданием известного польского журнала «Культура» в том же Париже. А между тем был советский плен, сталинские лагеря, холод, голод, болезни, попытки отыскать хоть какие-то следы тысяч польских офицеров, пропавших без вести… Именно эти, самые темные, вероятно, и тяжелые страницы жизни Чапского описаны в книге «На нелюдські землі».


Частная история как свидетельство преступлений


В это издание вошло два текста. Во-первых, короткие, но не менее впечатляющие «Старобільські спогади», в которых автор вспоминает жизнь пленных польских офицеров в лагере в Старобельске. Во-вторых, собственно «На нелюдській землі» – история о том, как из поляков, которым дарили свободу в обмен на лояльность к советской власти, формировалась Польская армия. Стоит сказать, читатель почти никого из героев первого текста не встретит во втором. Причина проста и трагична: из нескольких тысяч заключенных Старобельского лагерей выжить удалось лишь нескольким десяткам. Поискам тех тысяч пропавших, как считалось в то время (ведь даже пройдя мытарства плена, руководители вновь созданной Польской армии не могли поверить, что 10000 их соотечественников могли быть просто уничтожены) Юзеф Чацкий посвящает почти все свое время, проведенное на бесчеловечной, советской земле.

«Старобільські спогади» написаны довольно лаконично и сухо, в них много цифр и фамилий тех, с кем Чапский делил лагерный быт. Но за этой краткостью фактов скрывается большая трагедия народа, с которым советская Россия делала то же самое, что и с украинским, – уничтожала лучших его представителей, интеллектуальную, научную и творческую элиту. Потому что среди пленных поляков были не только профессиональные военные, но и мобилизованные в армию университетские профессора, ученые и ученые, инженеры, врачи, писатели и музыканты. От маленьких штрихов, которыми автор описывает их – поручика Ральского, профессора-естествоиспытателя, который в лагере начал писать книгу о степныех растениях, майора Солтана, который с товарищами по нарам основательно обсуждал общественные и политические дела Польши, Томаша Хенцицього, который писал политические статьи на клочках бумаги, – щемит сердце. Потому что каждая из этих частных историй – маленький кусочек огромного пазла советских преступлений.

После того, как Германия напала на Советский Союз, советы решили «извиниться» за свои вчерашние жертвы и сделать их своими союзниками: начался процесс создания Польской армии, командовать которой был назначен генерал Андерс, тоже при случае выпущенный из заключения. Юзеф Чапский попал в число пленных офицеров, которых призывали к новой армии. В то же время у него было свое задание: найти польских офицеров, рассеянных по сталинским лагерям (особенно тех, кого вывезли из Старобельска в неизвестном направлении), чтобы и их забрать в армию. Поиски были долгими и преимущественно безнадежными. Потому что вместо товарищей Юзеф Чапский находил только новые – конечно, неофициальные – свидетельства страшных преступлений и бессмысленных массовых убийств.

Кроме своей поисковой работы, автор описывает сложные условия, в которых формировалась армия, – запущенные болезни, истощения, эпидемии тифа и дизентерии косили солдат сотнями. Также он рассказывает о местности, через которые приходилось проезжать – российскую «глубинку» с черными домами и нищими людьми, роскошную жизнь в военной Москве, доступную лишь избранным, голые степи и жар Узбекистана и благодатный покой Ирана. А еще достаточно много размышляет о том, как люди, которых он встречает в Советском Союзе, относятся к этой своей родины.


Война и поэзия


Юзеф Чапский пишет, не жалея читателя, даже немного шокирующими натуралистическими описаниями той действительности, которая его окружала. В конце концов, это и было его целью – максимально точно зафиксировать детали и обстоятельства. Но, кроме страшных подробностей и трагических историй, в его книге есть еще одна мощная составляющая – поэзия.

Так много цитат из польских поэтов я еще, кажется, не встречала ни в одной книге. Их трогательно декламируют на общем собрании и в частных беседах. Они удивительно уместно звучат во всех ситуациях. Судя по воспоминаниям Чапского, польская поэзия действительно сплачивала и вдохновляла поляков, придавала им сил, помогала выжить во враждебной среде.

Также на страницах книги читатель встретится с Анной Ахматовой. Автор провел в ее обществе долгий вечер в гостях у Алексея Толстого. И говорят, самому Чапскому посвящено стихотворение поэтессы «В ту ночь мы сошли друг от друга с ума…».


Почему и кому стоит читать книгу


Бесспорно, «На нелюдській землі» – книга не для массового читателя. Она объемная, насыщенная разнообразным фактажом и требует вдумчивого, неспешного чтения. Кроме того, я убеждена, что читать ее следует не только тому, кто непосредственно изучает историю Второй мировой войны, польско-российских отношений или жизнь и творчество Юзефа Чапского. Она также важна для журналистов, общественных активистов и деятелей, политиков и всех, кто хочет немного расширить свои горизонты. Потому что знать о таких страницах истории польского народа, понимать его травмы и болевые точки крайне важно, особенно в период определенного напряжения наших отношений.


Прямая речь


«…Я далі бреду жовтим болотом. Мене обляпують три відкриті платформи, доверху заповнені старими узбеками, переді мною лиш мигтять кам’яні обличчя тих людей. Їх вивозять кудись у табори під посиленою охороною НКВД і озброєних совєтських солдатів.

Россия, Россия, Россия,

Мессия грядущего дня.

Я дивлюся на цей грядущий день від 1939 року й бачу тільки смерть, табори, приниження».


Похожие книги: «Кулемети і вишні. Історії добрих людей з Волині» Витольд Шабловский, «Поміж сірих сутінків» Рута Шепетис, «Чи це людина» Примо Леви.


Читать: На нелюдській землі. Отрывок из книги

Читать: Люди – величайшее событие

Читать: Новинки февраля. 90 книг от украинских издательств


Купить книгу в Yakaboo

(Visited 143 times, 1 visits today)
Віталіна Макарик
Віталіна Макарик
Журналістка, редакторка, блогерка і пристрасна читачка і мама двох дітей. Люблю каву, цікаві тексти різних жанрів і підліткову літературу. Мрію про те, щоб у добі було більше годин, щоб встигнути написати і прочитати усе, що хочеться. Але коли кількість непрочитаних книжок у «списку очікування» скорочується до п’яти, починаю панікувати. Поки збираюся написати свій роман, з насолодою читаю чужі і обожнюю про них говорити.
http://vityska.pp.ua/