“Історії про життя, смерть і нейрохірургію” – обязательно к прочтению для врачей и пациентов

Это — книга-исповедь нейрохирурга, которая заставит вас по-другому смотреть на врачей и вспомнить, что жизнь может кардинально измениться уже в следующую минуту.

Мемуары известного британского врача Генри Марша о хирургических приключения в Англии и в Украине, которые уже стали бестселлером в Великобритании и США, были переведены в четырнадцати странах Европы и Азии — наконец можно прочитать на украинском. Книгу перевел тоже медик — киевский нейрохирург Андрей Мизак.

Многие в Европе декларируют, что им интересно: что это за народ — украинцы, и что в головах людей, которые здесь живут, воюют, протестуют, борются, выживают. Об этом иностранце я могу сказать наверняка: он знает, что в наших головах, потому что двадцать лет периодически сверлит черепа украинцам, прокладывает скальпелем себе дорогу вглубь наших мозгов, бережет наши мысли и чувства (одно неуклюжее, неуловимое движение, и пациент — не способное мыслить безэмоциональное существо) и дает шанс жить.

Он не всегда оперировал легально, боролся с нашими медицинскими чиновниками, даже тратил на это собственные средства. Он изучал нас изнутри, под микроскопом в операционных и снаружи, за пределами больницы, на Майдане и на топких улицах отдаленных украинских сел. Пожалуй, его можно заподозрить в болезненном интересе к нашей нации. Известный, опытный, признанный лондонский нейрохирург теряет время, нервы и деньги на бедных пациентов из страны, чуждой ему и ментально, и географически. С чего бы это?

Если бы мне не пришлось интервьюировать Генри Марша и его пациентов, если бы я не видела собственными глазами, как он работает, я бы тоже воспринимала его альтруизм со скепсисом. Но он один из немногих врачей, о которых я могу сказать — он настоящий. Врач, который не может спокойно заснуть и ночью едет в клинику проверить, спит ли, а на самом деле как спит его пациент; хирург, которого смерть постоянно учит, как они дороги — жизнь и здоровье; человек, который любит хвастаться своими победами, и в длинной очереди в супермаркете чувствует превосходство над простыми смертными: «- И что же вы сегодня сделали? Мне хотелось спросить людей в очереди, почему такой выдающийся нейрохирург, как я, после триумфального рабочего дня должен вот так терять время? «; человек, который способен потом посмеяться над собственной важностью, и человек, который признает: если бы не взлелеянное профессией эго — его брак бы уцелел; профессионал, который стесняется своих ошибок, боится показаться на глаза родственникам больных или тем пациентам, которые выжили, но стали инвалидами, а потом советует им судиться с собой и проигрывает это дело в суде.

Марш настолько открыто настоящий, что не стесняется даже признаться, как чувствовал облегчение, узнав о смерти пациентов, которые проснулись после операции инвалидами: «Помню, какое значительное облегчение я почувствовал, когда на следующее утро пришел на работу и узнал, что у больного с мальформацией произошла остановка сердца — словно той беды, которая произошла, было много для бедного сердца. Реанимационная бригада делала все, что могла, чтобы запустить сердце снова, но у них ничего не получалось, и я сказал им прекратить и оставить больного в покое».

Его книга “Історії про життя, смерть і нейрохірургію” аннулирует не только надуманные подозрения, она лишает его профессию божественного ореола, который давит на мозги самих нейрохирургов.

Врачей часто воспринимают либо как богов, либо как убийц. От них зависит столько, что, когда мы являемся пациентами, не можем признать их равными. Если кто-то попадает на операционный стол, то врач — герой, целитель с божьей искрой и золотыми руками, Талант с большой буквы, или — бездушная сволочь, мясник, маньяк. Все оценки излишне категоричны и эмоциональны, а Марш в своей книге убирает все эти «над».

“Історії про життя, смерть…» — это драматические и динамические описания побед и поражений. С первых страниц я не могу избавиться от раздражения из-за самовлюбленности профи, который виртуозно выполняет сверхтяжелые операции и от которого в восторге все интерны. Но я не могу и отложить книгу, потому что уже сама — восторжена и втянута в процесс: а что скажут в лаборатории, опухоль доброкачественная или нет? А роженица после операции сможет увидеть своего ребенка или ослепнет? Я напряженно жду, откроется ли клипса и не разорвется ли при этом аневризма. Я проехала свою остановку в метро, ​​пока читала об удалении опухоли из мозга энергичного бизнесмена: предыдущая подобная операция у Марша закончилась параличом пациентки… Фух! На этот раз — обошлось, зашивают! Ждите следующий поезд.

Эта книга — не для тех, кто бледнеет, когда видит кровь. Крови здесь много, а еще больше — пугающе натуралистических подробностей из мира болезней и смертей.

Эта книга — не для тех, кто любит находить оправдание: «Что же вы хотите? Это Украина…», а затем контрастно, с восторгом: «А то Британия! (Европа, США…)». В Англии, а именно в Лондоне, в ведущей государственной клинике — тоже хаоса хоть отбавляй. Марш жалуется на бюрократические правила, которые запрещают ему носить галстук и часы; на медсестер, которых краткосрочно привлекают из агентств, а они теряют пациентов; на компьютеризированную систему, которая постоянно виснет, а потом выдает анализы кала оперативнее чем снимки головного мозга; на двойные стандарты менеджеров, которые читают хирургам лекции об отзывчивости и одновременно отказывают в месте умирающему пациенту.

Эта книга — для тех, кто хочет увидеть Украину глазами британца, ученого и врача, а он ее видит действительно по-особенному. Замечает, какие в деревнях красивые кладбища и какие нищие дворы, он ценит красоту украинской души, хотя ему ее подсвечивают старые лампы в операционных. А бывало такое, что и на порог киевской больницы не пускали.

Эта книга — однозначно для будущих нейрохирургов. Чтобы знали, на что решились, и готовились нести на себе крест. «Смерть на столе» в этой области констатируют не часто. Ошибки этих врачей — это обычно тяжелая инвалидность, вегетативное состояние, кома пациента. Марш предполагает, что великие нейрохирурги — это те, кто своих жертв забывает. Он — не может, и готовится к тому, что у него самого на кладбище будет два надгробия: свое и умерших из-за него. «Ужасная профессия — нейрохиругия. Не занимайся ею», — говорит он интерну после очередного фиаско. Эта книга — не для тех, кто любит находить оправдания.

Они все через это проходят: первая смерть, первый страх снова взять в руки скальпель, учатся абстрагироваться, выстраивают забор отчуждения между собой и больными. Не всем удается, многие бросают. Хорошо, что Марш — остался. В книге описан случай, когда он удалял петрокливальную менингеому — редкий вид опухоли для Британии, более распространенный в Украине. Это был английский пациент, которому Марш повредил важную артерию, и школьный учитель больше никогда не пришел в себя. Хирург закомплексовал, начал отказываться от таких операций. А потом все-таки понял свою ошибку, вернулся к практике и в конце концов научился оперировать этот вид опухолей. Уже натренированный, сделал подобную операцию сестре рок-звезды. После ее выздоровления музыкант дал врачу значительную сумму, которая пошла на оборудование для украинских больниц. Без той трагедии не было бы хэппи-эндов в наших операционных. И что есть зло? И кто он, врач-супермен или палач?

Марш много сделал для Украины: учил местных коллег, за собственный счет возил наших пациентов на операции в Лондон, а сюда привозил медицинское оборудование. Большинство событий происходят в Англии, но немало страниц — об Украине: и о том, как на самом деле проводятся фармтестирования на украинцах, и о бюрократии в Институте нейрохирургии, и об отважных врачых, которых он поддерживал в борьбе против системы, а даже о Бессарабском рынке и «Беркуте», который был сутенером для проституток.

Лично я благодарна автору за эту книгу, потому что его обнаженная открытость и полное погружение в мрачные больничные будни учат осторожности в оценке хирургов и их действий. Он доказывает, насколько продуктивной может быть честность с собой. А еще он безальтернативно ставит перед фактом: жизнь может кардинально измениться уже в следующую минуту. Хирург-писатель не ищет пациентов, не пугает и не рекламирует свою профессию. Этой исповедью он поощряет читателей ценить здоровую жизнь. А его помнить не обязательно, потому что «… лучший результат работы хирурга — это когда больные полностью выздоравливают и полностью забывают о нем».

Марина Макущенко, ТСН

Купить в Yakaboo.ua